Последние добавленные сны
Дело было на одной из тусовок у друга. Сон был таков: я и 3 друга сидим на даче за столом, и с нами сидит пятый человек, который оказывается Адольфом Гитлером. Мы сидим дружно и глушим водку.
По истечении какого-то времени, Адольф вскакивает и кричит, падая на колени: «Царь приехал!». На дачу въезжает карета. Из неё выходят слуги и бабушка друга, которая и являлась царем. Вот такой вот бредовый сон. Не судите строго.
По истечении какого-то времени, Адольф вскакивает и кричит, падая на колени: «Царь приехал!». На дачу въезжает карета. Из неё выходят слуги и бабушка друга, которая и являлась царем. Вот такой вот бредовый сон. Не судите строго.
В общем, так как я учусь в педагогическом колледже, сон мне приснился именно про него. Иду я, как обычно, в колледж, подхожу к дверям, возле них стоит толпа студентов. Я спрашиваю: «Что случилось?». Все озлобленно говорят: «Да, опять гады, кажись, закрылись и сидят там, а нас не пускают! А мы хотим учится!». Кстати, там же стоял мой друг, он тоже был недоволен, хотя сам часто прогуливает.
Мы с ним напряглись и с трудом вынесли металлические двери. Я удивился, там стояли большие полки с боеприпасами: гранаты, автоматы, базуки и т.д. Вдали стоял робот, чем-то похожий на человека, киборг вроде, я уже и не помню. Он автоматически активировался. Все пустились в бегство, не зная зачем.
Я схватил автомат и начал палить по нему, а друг мой за компанию начал швырять гранаты в робота. Не знаю, почему, но мне было смешно долбить по нему. Он стрелял в нас, но попасть не мог, хотя мы стояли примерно в 2 метрах от него. Короче, всё это выглядело очень глупо и смешно. Я проснулся не от страха, а от смеха.
Мы с ним напряглись и с трудом вынесли металлические двери. Я удивился, там стояли большие полки с боеприпасами: гранаты, автоматы, базуки и т.д. Вдали стоял робот, чем-то похожий на человека, киборг вроде, я уже и не помню. Он автоматически активировался. Все пустились в бегство, не зная зачем.
Я схватил автомат и начал палить по нему, а друг мой за компанию начал швырять гранаты в робота. Не знаю, почему, но мне было смешно долбить по нему. Он стрелял в нас, но попасть не мог, хотя мы стояли примерно в 2 метрах от него. Короче, всё это выглядело очень глупо и смешно. Я проснулся не от страха, а от смеха.
Когда мой сын был совсем маленький, я, как-то раз, заснула рядом с его кроваткой на диване. Я проснулась, подошла к окну, вышла из него со второго этажа через решетки на огромную поляну. Слева, где-то далеко внизу, была река, я ее не видела, а ощущала. Вокруг поляны — березовый лес. Солнце стояло очень высоко в зените. И я пошла вперед по едва заметной тропике.
Из леса очень быстро приближались мои бабушка и дедушка, хотя они давно умерли. Я очень любила и люблю их, особенно дедушку. Так странно, но они меня не видели, как будто привидением была для них я. Когда они подошли вплотную ко мне, я бросилась на шею к дедушке и стала его целовать, обнимать, плакать и говорить что-то бессвязное, но смысл такой: «Я тебя очень люблю, мне тебя не хватает, посмотри на меня!». А он не смотрит и даже не видит меня, просто ему что- то мешает двигаться дальше. И я в рыданиях сползла на землю, а они обошли меня и без единого слова пошли дальше.
Я хотела оглянуться, позвать их, побежать вслед, но голос сзади меня, или в моей голове, причём даже сейчас я не могу сказать, кому он принадлежал: мужчине или женщине, думаю, что это была просто очень сильная энергетически мысль, сказал: «Только не оборачивайся, только не оборачивайся». Я, чтобы не оглянуться, вцепилась руками в траву и так рыдала, что просто выла — мне нестерпимо хотелось вернуть моего деда…
И, всё же, я не обернулась и проснулась на диване в своей квартире, вся в слезах и в полной уверенности, что побывала на том свете.
Из леса очень быстро приближались мои бабушка и дедушка, хотя они давно умерли. Я очень любила и люблю их, особенно дедушку. Так странно, но они меня не видели, как будто привидением была для них я. Когда они подошли вплотную ко мне, я бросилась на шею к дедушке и стала его целовать, обнимать, плакать и говорить что-то бессвязное, но смысл такой: «Я тебя очень люблю, мне тебя не хватает, посмотри на меня!». А он не смотрит и даже не видит меня, просто ему что- то мешает двигаться дальше. И я в рыданиях сползла на землю, а они обошли меня и без единого слова пошли дальше.
Я хотела оглянуться, позвать их, побежать вслед, но голос сзади меня, или в моей голове, причём даже сейчас я не могу сказать, кому он принадлежал: мужчине или женщине, думаю, что это была просто очень сильная энергетически мысль, сказал: «Только не оборачивайся, только не оборачивайся». Я, чтобы не оглянуться, вцепилась руками в траву и так рыдала, что просто выла — мне нестерпимо хотелось вернуть моего деда…
И, всё же, я не обернулась и проснулась на диване в своей квартире, вся в слезах и в полной уверенности, что побывала на том свете.
События сна разворачиваются в космосе, картина неописуемой красоты, сон цветной, с разными оттенками синего, жёлтого, красного. Я вижу множество планет с кольцами, спутниками и без них. По величине они похожи на снимки Земли из космоса, а по оттенкам богаче — любуюсь зрелищем.
Одолевает острое беспокойство, такое ощущение, что эту красоту и гармонию кто-то хочет разрушить. И, на самом деле, появляется громадное космическое тело, похожее на инопланетный корабль. Наша Земля и другие планеты настолько беззащитны перед этой махиной, что охватывает ужас. Жду, что произойдёт.
В это время раздаётся страшный взрыв, и я уже наблюдаю картину с Земли, не помню, как очутилась на ней. Страх ещё долго держит меня в скованном состоянии, потом понимаю, что я здесь одна, людей нигде нет, ландшафт незнакомый, растения необычные, вся картина кажется нереальной. Значит, я не на Земле. А где же?
Отчаяние и тоска захлестывают, закрываю глаза и в этот момент просыпаюсь. Какое же было чувство радости, когда проснулась и поняла, что я на Земле, а это всего лишь дурацкий сон.
Одолевает острое беспокойство, такое ощущение, что эту красоту и гармонию кто-то хочет разрушить. И, на самом деле, появляется громадное космическое тело, похожее на инопланетный корабль. Наша Земля и другие планеты настолько беззащитны перед этой махиной, что охватывает ужас. Жду, что произойдёт.
В это время раздаётся страшный взрыв, и я уже наблюдаю картину с Земли, не помню, как очутилась на ней. Страх ещё долго держит меня в скованном состоянии, потом понимаю, что я здесь одна, людей нигде нет, ландшафт незнакомый, растения необычные, вся картина кажется нереальной. Значит, я не на Земле. А где же?
Отчаяние и тоска захлестывают, закрываю глаза и в этот момент просыпаюсь. Какое же было чувство радости, когда проснулась и поняла, что я на Земле, а это всего лишь дурацкий сон.
Позавчера мне приснился сон… Страшный сон… У меня выпадали зубы. И я их выплёвывал прямо на пол. На глазах у знакомых. Я во сне так испугался, думал, что это происходит в реале. Зубы были в крови, а я был в шоке…
У меня сон бывает: падаю между пролётов лестничных, или комкаю какие-то мягкие шарики, а они становятся бугорчатыми и всё больше и больше в размерах становятся.
У меня друг есть, у него, вроде, то же самое, но он описывает по-другому — будто он их рисует. Обычно такой сон, когда я болею или очень волнуюсь. А ещё бывает, сплю-сплю, вдруг резко дёрнусь и почти проснусь — чуть не упал во сне.
У меня друг есть, у него, вроде, то же самое, но он описывает по-другому — будто он их рисует. Обычно такой сон, когда я болею или очень волнуюсь. А ещё бывает, сплю-сплю, вдруг резко дёрнусь и почти проснусь — чуть не упал во сне.
Я неделю подряд падал с крыши на воду, потом плыл по песку и вылезал на асфальт, где меня сбивала машина, за рулем которой оказался кто? — Я, конечно. Немножко смешно, но странно.
Мне однажды приснился очень прикольный сон. Я, в шинели и с каким-то карабином, иду в неровном строю солдат, форма какая-то странная, у кого вообще какие-то лохмотья. Мы подходим к дому, и наш командир что-то кричит тем, кто в доме. От формы почти ничего не остается, все в длинных каких-то куртках или тулупах, не знаю как назвать. Потом командир поворачивается к нам и говорит, что нужно всех убить. И мы заходим в дом.
Там всё так красиво, я прячусь за угол, выглядываю, стреляю, но никак ни в кого попасть не могу. Спрашиваю: «Кого бьем?», — мне отвечают: «Кулаков». До меня доходит, что мы раскулачивать буржуев шли, но что-то ворочается неприятное внутри. Кого перестреляли, кого в плен взяли.
Остался один мужик, который отстреливался. Мы его прижали, но он в какую-то незаметную дверь шмыгнул, мы за ним. А там такая разбитая комната, в потолке дыры — чердак видно. Мужик за какой-то огромный стол спрятался и стреляет. Я смотрю, можно на чердак залезть. Лезу и смотрю, можно подползти прям над мужиком и пристрелить его. Подползаю, а он на меня смотрит.
Я понимаю, что я его знаю, и что он — не плохой, думаю: «Зачем его убивать?». Присматриваюсь, он кого-то прячет. И кто-то из наших кричит, что я сейчас буржуя завалю, и всё нормально будет. Я боюсь, если не выстрелю, то меня свои застрелят, но стрелять не хочу в мужика. А он встает, показывает, что дочку прятал и головой кивает, типа, стреляй в меня. Я стреляю ему прямо в сердце.
Потом подхожу к какому-то столу, там сидит наш командир, опять в форме военной. На столе деревянный лоток на 3 части разделен, он туда документы какие-то складывает. И к нему людей, которых в плен схватили, подводят, он что-то говорит, дает бумагу, и их ставят к стене и расстреливают.
Я сажусь рядом, сбоку стола. Подводят ту девочку, которую мужик прятал. Командир говорит: «Расстрелять!». А в этот момент я достаю у него из нагрудного кармана документы и начинаю смотреть, и говорю, что если он эту девочку расстреляет, то мне есть, что о нем рассказать кому надо. Он испугался и говорит: «Забирай её себе тогда», — и бумагу даёт о том, что она теперь — моя дочь… И я проснулся.
Там всё так красиво, я прячусь за угол, выглядываю, стреляю, но никак ни в кого попасть не могу. Спрашиваю: «Кого бьем?», — мне отвечают: «Кулаков». До меня доходит, что мы раскулачивать буржуев шли, но что-то ворочается неприятное внутри. Кого перестреляли, кого в плен взяли.
Остался один мужик, который отстреливался. Мы его прижали, но он в какую-то незаметную дверь шмыгнул, мы за ним. А там такая разбитая комната, в потолке дыры — чердак видно. Мужик за какой-то огромный стол спрятался и стреляет. Я смотрю, можно на чердак залезть. Лезу и смотрю, можно подползти прям над мужиком и пристрелить его. Подползаю, а он на меня смотрит.
Я понимаю, что я его знаю, и что он — не плохой, думаю: «Зачем его убивать?». Присматриваюсь, он кого-то прячет. И кто-то из наших кричит, что я сейчас буржуя завалю, и всё нормально будет. Я боюсь, если не выстрелю, то меня свои застрелят, но стрелять не хочу в мужика. А он встает, показывает, что дочку прятал и головой кивает, типа, стреляй в меня. Я стреляю ему прямо в сердце.
Потом подхожу к какому-то столу, там сидит наш командир, опять в форме военной. На столе деревянный лоток на 3 части разделен, он туда документы какие-то складывает. И к нему людей, которых в плен схватили, подводят, он что-то говорит, дает бумагу, и их ставят к стене и расстреливают.
Я сажусь рядом, сбоку стола. Подводят ту девочку, которую мужик прятал. Командир говорит: «Расстрелять!». А в этот момент я достаю у него из нагрудного кармана документы и начинаю смотреть, и говорю, что если он эту девочку расстреляет, то мне есть, что о нем рассказать кому надо. Он испугался и говорит: «Забирай её себе тогда», — и бумагу даёт о том, что она теперь — моя дочь… И я проснулся.
Меня преследует много лет сон: я распластана по всей вселенной. Нахожусь одновременно в каждой её точке и пытаюсь собраться в какое-то одно место. Ужасно мерзко и противно, и ничего не понятно. Просыпаюсь, обычно, от собственного крика ужаса…
Мне недавно приснилось, что за мной маньяк охотился. Я пряталась в каком-то парке, а потом выяснилось, что это мой одноклассник влюблен в меня безответно, вот и решил меня убить. Проснулась в холодном поту.
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50






